June 29th, 2009

Колчак

О союзниках и не только...

Английского историка Питера Флеминга, разоблачавшего советскую "дезу" о подготовке колчаковского переворота англичанами (возникшую со слов предателя Жанэна) , коммуняки отметают как защищающего непорочность своей страны. Однако вот безпристрастное свидетельство бывшего командарма 3-й армии генерал-лейтенанта К.В. Сахарова: по получении известия о перевороте, находясь (как и автор мемуаров) во Владивостоке, генерал Нокс "встретил меня очень взволнованно и сказал, что теперь будет плохо, что союзники могут даже прекратить помощь" (Сахаров К.В. Белая Сибирь. Мюнхен, 1923. С. 37). Что же касается Флеминга, то он на основе документов свидетельствует, что накануне переворота в Омске, а именно – 16 ноября 1918 г. британский Foreign office уже заготовил ноту о признании авксентьевской Директории «демократическим» правительством России, а переворот вызвал настоящую панику в МИДе и в имперском Генеральном штабе, в участии подозревали полковника Нельсона (на том лишь смехотворном основании, что его…всего-навсего видели рядом с адмиралом на другой день после переворота!), и полковнику грозило суровое взыскание за нарушение инструкций начальства, но Нельсон сумел полностью оправдаться. По свидетельству Флеминга, британское руководство, плохо знакомое с ситуацией в России, всерьез опасалось «новой гражданской войны» между белыми и эсерами, а кроме того, настороженно относилось к любым «реакционерам», к которым на западе причисляли и великодержавно настроенных белых вождей.
Какое же паскудство со стороны коммунистов больше 80 лет обсасывать выеденного яйца не стоящую, придуманную ради самооправдания трусом Жанэном версию о «руке туманного Альбиона»! Между прочим, генерал-лейтенант Д.В. Филатьев свидетельствует, что в диалоге с ним на вопрос, почему Верховный правитель не гарантировал независимости Финляндии и Прибалтике (в ответ на нажим Антанты), адмирал ответил: «Я не мог поступиться завоеваниями Петра Великого» .
Красные очень любят цитировать желчного ипохондрика, вечно всем недовольного и ни о ком не отзывавшегося хорошо барона А.В. Будберга о Колчаке как о «вспыльчивом идеалисте, полярном мечтателе и жизненном младенце» – пропуская, естественно, его же строки: «Едва ли есть еще на Руси другой человек, который так безкорыстно, искренне, убежденно, проникновенно и рыцарски служит идее восстановления Единой Великой и Неделимой России» .
Отзывы других современников сплошь пронизаны пиететом. Тот же генерал Нокс писал: «Он обладает двумя качествами, необычными для русского: вспыльчивостью, вселяющей благоговейный ужас в его подчиненных, и нежеланием говорить просто ради того, чтобы поболтать» . Бывший управ. делами правительства Колчака Георгий Гинс: «Умный, образованный человек, он блистал в задушевных беседах остроумием и разнообразными знаниями и мог, нисколько не стремясь к тому, очаровать своего собеседника» . Премьер-министр П.В. Вологодский писал, что Колчак «подкупает своим благородством и искренностью» . Будущий идеолог «сменовеховцев» профессор Н.В. Устрялов так записал свои впечатления об адмирале: «Трезвый, нервный ум, чуткий, усложненный. Благородство, величайшая простота, отсутствие всякой позы» . Министр труда меньшевик Л.И. Шумиловский, впоследствии арестованный и расстрелянный большевиками, даже на суде имел мужество сказать: «Я считал его безукоризненно честным человеком. И ни одного факта, который бы разбил мою веру в него, за весь последующий период мне не удалось узнать» .
В этом плане показателен ответ адмирала жившей в Париже с сыном жене, которая по-женски требовала больших средств, мотивируя тем, что у нее теперь, как и у него, «особое положение», нужны «расходы на представительство». Колчак написал, что за рамки служебного оклада он выйти не может. (Еще более любопытен ответ адмирала на упреки жены по поводу А.В. Тимиревой, доходившие до ее ушей и в Париже: «Если ты позволяешь себе слушать сплетни про меня, то я не позволяю тебе сообщать их мне» ). Человек, контролировавший ЗОЛОТОЙ ЗАПАС ИМПЕРИИ, не взял из него на свои нужды ни крохи. И какая-то шваль вроде Мартиросяна и Зюганова еще смеет разевать на него пасть?
Колчак

Сорри

Что-то случилось в ворде после переустановки системы - ссылки упорно не хотят копироваться. Придется привести их отдельно (на все закавыченные в предыдущем материале цитаты):
Флеминг П. Судьба адмирала Колчака / Пер с англ. – М., 2007.
Сахаров К.В. Белая Сибирь. – Мюнхен, 1923. – С. 37.
Филатьев Д.В. Катастрофа Белого движения в Сибири. – Париж, 1985. – С. 139.
Будберг А.В. Дневник. – М., 1990. – С. 305.
Флеминг П. Указ. соч. – С. 100.
Гинс Г.К. Сибирь, союзники и Колчак. М., 2008. – С. 10.
Вологодский П.В. Дневник премьер-министра в изгнании. – Рязань, 2006. – С. 120.
Устрялов Н.В. В борьбе за Россию // Устрялов Н.В. Национал-большевизм. – М., 2003. – С. 120.
Процесс над колчаковскими министрами. Май 1920 г.: Сборник документов. – М., 2003. – С. 113.
Военно-исторический вестник. Париж. 1960. № 16. С. 18.
Колчак

И еще - о французах

Любопытное свидетельство К.В. Сахарова: Из всех внешних ориентаций «не приходилось мне встречать в Белом движении ориентации на французов: слишком уж много было с этой стороны печальных фактов, отвергнувших со-вершенно симпатии русских людей… Все русские, приезжавшие из Добровольческой армии и из Европы, не могли говорить о французах без пены у рта» (с. 41).
И еще - пара цитат . К.В. Сахаров о Колчаке: «Личность Верховного правителя вырисовывается исключительно светлой, рыцарски чистой и прямой; это был крупный русский патриот, человек большого ума и образования, ученый-путешественник и выдающийся моряк-флотоводец... Прямой, глубоко проникающий взгляд горящих глаз умел подчинить себе волю других, как бы гипнотизируя их силою многогранной души» (с. 34).
Д.В. Филатьев об адмирале: «рыцарь без страха и упрека, никогда и ничего лично для себя не искавший и отдавший всего себя на служение родине… До конца своих дней он оставался чистым идеалистом и убежденным рабом долга и служения Великой России» (с. 13, 16).