January 20th, 2011

Колчак

Расхожий советский штамп

Хороший кинорежиссёр отличных фильмов Карен Шахназаров в своем интервью "Литературной газете" уверенно ляпает: "Сегодня идёт чуть ли не канонизация адмирала Колчака. Слов нет, он знаменитый полярный исследователь, храбрый офицер, отличившийся в Первую мировую войну. Это факт. Но в годы Гражданской войны он Сибирь залил кровью так, что местное крестьянство, не благоволившее к большевикам, почти поголовно ушло в партизаны" http://www.lgz.ru/article/15062/ Не так давно нечто подобное говорил и очень уважаемый мною артист Юрий Соломин в телеинтервью к своему юбилею. Понятно, когда подобные клише советского агитпропа повторяют рядовые обыватели, но когда известные, уважаемые люди – это непростительно. Между тем, по собственным большевицким источникам, при подавлении Западно-Сибирского восстания крестьян против продразвёрстки и произвола ЧК в феврале-марте 1921 г. красными было уничтожено в одном только Петропавловском уезде 15 тысяч человек, в Ишимском уезде – 7 тысяч[1] (это были эпицентры восстания, охватившего Тюменскую, часть Омской, Екатеринбургской и Челябинской губерний – по досоветскому административно-территориальному делению, часть Тобольской и Пермской губерний и Акмолинской области). Такая вот «рабоче-крестьянская» власть.

К сожалению, до сих пор при суждениях о тех событиях люди руководствуются не документами, а засевшими в головах советскими штампами да рассказами очевидцев, на всю жизнь запуганных 37-м годом и потому рассказывавшими лишь ПОЛОВИНУ правды. Так, мой дед до 1985 г. молчал о своих родных братьях – колчаковских офицерах, и если б я случайно не наткнулся на их фотографии в родовом альбоме, хранившемся у их сестры – возможно, не узнал бы никогда (это позднее я уже полез в архивы и раскопал все документы о них). А сколько таких тайн старики унесли с собой в могилу? Хотя, даже в рассказах деда и бабушки еще в детстве я улавливал разительное несходство их с тем, что вдалбливали нам в школе: в частности, дед упоминал пару раз о массовых расстрелах ЧК в Томске,  а бабушка, происходившая из Минусинского уезда Енисейской губернии – о зверствах партизан Щетинкина. Но многие ли, подобно мне, расспрашивали пытливо стариков? Большинство довольствовались тем, что внушали «по программе» школьные учебники и учителя, и это засело в их головах на всю жизнь. Тем более, что факты белого террора усиленно муссировались не только в советских публикациях, они воспроизводились в столичных и провинциально-краеведческих музеях. Память же о чудовищных жертвах террора красного тщательно стиралась и вымарывалась, вспоминать о них начиная с 30-х годов было попросту опасно для жизни и свободы, а документы были засекречены в спецфондах архивов. К счастью, всплыли после 1988 года. Многие были опубликованы. Но разве обывателю это важно? И даже народному артисту?



[1] Из телеграммы председателя Сибревкома И.Н. Смирнова предСовнаркома В.И. Ленину 12 марта 1921 г. В сб.: Сибирская Вандея: документы / Сост. В.И. Шишкин. М., 2001. Т. 2. С. 402–403.