May 10th, 2021

Я

"Бывшие" остаются чужаками

В революцию "бывшие" люди, даже примкнувшие к ней, всё равно оставались для победителей чужаками, недаром ведь само словечко "бывшие". В лучшем случае за ними пристально следят, в худшем репрессируют и уничтожают. И когда говорят: "А как же царский полковник Генерального штаба Шапошников стал маршалом Советского Союза и любимцем Сталина, колчаковский поручик, он же маршал Советского Союза Говоров командовал Ленинградским фронтом в блокаду и получил орден Победы, а колчаковский генерал-майор Крузе стал советским генерал-лейтенантом!" - давайте сравним судьбы этих, сравнительно немногочисленных "счастливчиков" с судьбами в десятки, а то и в сотни раз более многочисленных "военспецов", ставших жертвами операции "Весна" и Большого террора (или как вам, например, судьба генерала Войцеховского - в эмиграции одного из лидеров подпольного чешского Сопротивления нацизму, и несмотря на это арестованного СМЕРШем в 1945 году и сгинувшего в сталинских концлагерях?). В своё время Макаренко в своей "Педагогической поэме" писал об одном из своих сотрудников, что за любовь к детям "простил ему и штабс-капитанские погоны 35-го пехотного Брянского полка, которые он, впрочем, спорол ещё до Октября, не запятнав себя никакими белогвардейскими подвигами". О как! Милостиво "простил", хотя тот даже не провинился перед советской властью ничем, а просто-напросто был "из бывших". Исключения лишь подтверждают правило. Хотя были, конечно, и такие, как "красные графы" Алексей Толстой и Алексей Игнатьев, которых использовали для декорации.
Самый яркий, пожалуй, пример в этом отношении - судьба принца королевской крови герцога Орлеанского (отца будущего короля Луи-Филиппа), рьяно примкнувшего к революции. Герцог сменил свой гордый титул на фамилию Эгалите, вместе с якобинцами голосовал в Конвенте за казнь своего кузена Людовика XVI (хотя даже жирондисты голосовали против!) - словом, пустился во все тяжкие. Но и его не миновала чаша сия. Во время большого террора Робеспьера Революционный трибунал приговорил члена Конвента гражданина Филиппа Эгалите, бывшего герцога Орлеанского, к смерти по абсурдному обвинению наподобие сталинско-вышинских. Впрочем, умер бывший герцог достойно: по дороге на гильотину попросил бутылку шампанского (тогда ещё было принято не отказывать в последней просьбе приговорённому), из горлышка выпил её и спокойно взошёл на плаху. Что дало повод роялистам говорить о нём: "Жил как собака, но умер как потомок Генриха Четвёртого". Был и у нас такой "Филипп Эгалите" (правда, без его бурной революционной карьеры) - великий князь Николай Михайлович, известный историк и либерал, всячески приветствовавший Февральскую революцию, а в 1919 году расстрелянный в Петропавловской крепости вместе с другими великими князьями (и ходатайство Горького не помогло).