В.Г. Хандорин (64vlad) wrote,
В.Г. Хандорин
64vlad

Categories:

Из переписки

Приводимые ниже отрывки из переписки видных кадетских лидеров периода Гражданской войны демонстрируют, насколько отрезвляюще повлиял на прежних апологетов демократии ее печальный опыт в России 1917 года. Речь в них идет о попытке реанимации «керенщины» Уфимским государственным совещанием 1918 года, создавшим новую «всероссийскую демократическую власть» в лице Директории во главе с эсерами – той самой Директории, что была свергнута колчаковским переворотом 18 ноября 1918 г.

Член ЦК кадетской партии и Особого совещания при А.И. Деникине, один из руководителей Национального центра Н.И. Астров 3-го ноября пишет в Сибирь другому члену ЦК и Национального центра, экс-депутату Госдумы В.Н. Пепеляеву (будущему колчаковскому премьеру): Уфимское совещание – это «убийственная картина попытки воскрешения непохороненного трупа, даже не трупа, а его случайного куска». Под  «куском трупа» подразумевался предводимый эсерами-черновцами съезд членов Учредительного собрания в Екатеринбурге, намеревавшийся к новому 1919 году собрать кворум этого бесславно разогнанного большевиками «демократического парламента», коему и планировалась в дальнейшем по решению Уфимского совещания передача законодательной власти и перед коим должна была отчитываться избранная этим же совещанием Директория. Далее Астров сообщает в письме, что южнорусская конференция кадетской партии постановила установить контакт с Директорией, желательный для «разрешения общих задач борьбы с большевиками», но не признавать ее всероссийской властью под деликатным предлогом того, что «весь юг не принимал участия в образовании этой власти». Избранный членом Директории, Астров сообщает Пепеляеву, что сможет принять свое избрание лишь в том случае, если Пепеляев убедит его «в интересах общего дела идти в эту гнилую комбинацию»[1].

18-го ноября тот же Астров (еще не знавший, что в этот день уже произошел спасительный для русского дела переворот в Омске) пишет другому собрату по кадетскому ЦК, члену Директории В.А. Виноградову, пошедшему на поводу у эсеровской братии: «Вчера члены ЦК, находящиеся в Екатеринодаре (Винавер, князь Долгоруков, графиня Панина, Степанов, Соколов и я) признали, что я не должен вступать в состав правительства, долженствующего к январю предстать перед осколком Учредительного собрания старого созыва и имеющего сложить всю полноту власти к ногам кучки эсеров с Черновым во главе. Правительство это не может быть признано всероссийским», и добавляет: «Члены ЦК рекомендуют Вам выйти из состава правительства». И далее – снова убийственный сарказм: «Этот труп можно будет почетно схоронить, но не танцевать перед ним»[2].

Национальный центр в своей резолюции по поводу образования Директории, в тактических целях признавая «весьма важным и знаменательным самый факт образования единого общерусского правительства» и «всемерно приветствуя крепнущее единение нового правительства с союзниками…непризнание Брестского договора…обеспечение порядка, восстановление армии, утверждение гражданских свобод», тем не менее отрицательно отнесся к носившей следы большевизма программе Уфимского совещания по рабочему и аграрному вопросам, но «самым опасным» считал взятое им обязательство созвать к новому году старое Учредительное собрание: «В настоящее время, – говорилось в резолюции, – когда Россия находится в состоянии гражданской войны и великой смуты, когда нет еще и обеспечения мира внешнего, всякое Учредительное собрание будет совершенно бессильно и лишь замедлит необходимую работу по восстановлению в пределах России порядка и мира», каковая «может быть выполнена лишь властью, облеченной диктаторскими полномочиями» – тем более, что «Учредительное собрание в том составе,  котором оно избрано было в 1917 году…лишено последними событиями должного авторитета в стране и не может содействовать восстановлению государства Российского»[3].

Но наиболее примечательно письмо к все тому же Виноградову его друга, члена кадетского ЦК В.А. Степанова от 3-го ноября, призывавшего его образумиться в следующих фразах: «Дорогой Вовик! …Я до последней степени огорчен твоим политическим шагом» (имеется в виду вступление в Директорию, которую Степанов тут же без обиняков называет «организованным в Уфе совдепчиком»). Поясняя свою позицию, Степанов разбирает по косточкам решения Уфимского совещания, которые «повергли нас в величайшее смущение: 1) вместо 3-членной Директории с Алексеевым во главе и двумя содиректорами, одним социалистом и одним несоциалистом, получилась комбинация: один кадет, три социалиста плюс генерал Болдырев; 2) генерал Алексеев – заместитель к Болдыреву!!! Мягко выражаясь, это неосторожно… 3) самое главное. Кучка черновских эсеров, которые именуют себя Всероссийским Учредительным собранием, по полученным сведениям, играла какую-то существенную роль при создании Директории. Между тем, основа политического соглашения с левыми заключается в абсолютном непризнании старой Учредилки, этого не то что непогребенного трупа, а ноги от трупа (выделено мной – В.Х.), в каком бы то ни было виде и в какой бы то ни было роли… На основании этих сведений мы решительно не могли признать Директорию Всероссийским правительством… То, что мы знаем теперь, то есть обязательства, принятые Всероссийским правительством перед черновской Учредилкой, исключают для нас всякую возможность вообще считаться с этой лавочкой  (выделено мной – В.Х.) и делает абсолютно непонятным твое в ней участие. Говоря «мы», я имею в виду единогласное и единодушное мнение Центрального комитета, всех наличных кадетских организаций и…Добровольческую армию… Прости за резкость, но по такому поводу трудно сохранить душевное спокойствие и равновесие. С радостью узнали, что В.Н. Пепеляев уклонился от участия в Уфимском государственном совещании, и что там были (от кадетов – В.Х.) только Кроль и какой-то Коробов, оба не члены ЦК и никем не уполномоченные. Это однако не помешало этим шулерам-социалистам (выделено мной – В.Х.) заявить, что Директория создана при участии ЦК Партии народной свободы». Письмо заканчивается дружеским, но веским предупреждением: «Ты – член ЦК. Твое участие тяжелым камнем ложится на ответственность партии. Ну, это политика. А без всякой политики крепко тебя обнимаю. Твой В. Степанов»[4].



[1] ГА РФ. Ф. р-5913 (Астров Н.И.). Оп. 1. Д. 600. Лл. 1–2.

[2] ГА РФ. Ф. р-5913. Оп. 1. Д. 560. Лл. 1–3об.

[3] ГА РФ. Ф. р-5913. Оп. 1. Д. 276. Лл. 1–2.

[4] ГА РФ. Ф. р-5913. Оп. 1. Д. 809. Лл. 1–4.

 

Tags: кадеты
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments